***

В день, когда мы расстались, ты разбила меня вдребезги.
Не знаю зачем, впрочем, ты всегда была такой... неожиданной. Сегодня одна, завтра другая. Сейчас делаешь одно, через минуту уже думаешь совсем о другом.
Наверное, частью всего этого была для тебя и я. Вот ты приветливо улыбаешься мне уличной забегаловке, в которой я спряталась от дождя. Вот ты не отвечаешь на звонки и не открываешь дверь. Вот ты целуешь мои руки, а вот бьешь меня по лицу. Вот просишь прощения, вот уходишь, вот возвращаешься...
А стоило ли оно того?
Какая-то часть меня говорит, что да. Например, та, что осталась парке, где мы любили встречаться, часами бродить по усыпанным гравием дорожкам, валяться на траве и прижиматься друг к другу, утопая в солнечных лучах. В такие дни мы обычно ничего не говорили, просто наслаждались присутствием друг друга, наслаждались днем и временем, которого казалось бесконечно много. И даже не смотря на то, что в парке всегда было полно людей, нам всегда казалось, что он, что весь мир принадлежит только нам двоим...
Но вот то, что принадлежит твоей душной, неуютной квартире едко бормочет мне о том, что бывало, когда у меня не получалось угадать твое настроение. Битое стекло, острые порезы, звонкие удары и запах табака вперемешку с ароматом горелой плоти... Это мог быть вечер, ночь, утро. Ты могла часами быть такой милой и приветливой, но в самом конце от какой-то мелочи просто сорваться и...
( Read more... )

***

Ты родилась дождливым осенним днем, вечером, когда уже не было никакой разницы потерялось ли солнце где-то за тучами или просто уснуло. Усталый врач, принимавший роды, слегка удивился, но ничего не сказал, мало ли, как оно бывает, да и не до того было.
Встревоженный отец, многочисленные дядюшки, тетушки и прочие, все были слишком заняты вздохами и слезами, чтобы обратить внимание на некоторую странность твоих первых мгновений. И лишь старуха-кухарка пробормотала про себя какую-то молитву и отвернулась, словно боясь лишние мгновения задержать на тебе взгляд.
Ты не издала ни единого звука. Как и положенно любому младенцу, после легкого шлепка врача ты расплакалась, широко открывая рот и размахивая тонкими ручонками с длинными пальчиками, но никто так ничего и не услышал...( Read more... )

***

Как-то незаметно наступила осень. В прогнозах погоды двузначные цифры стали однозначными, ветра из теплых краев сменились промозглым холодом с моря. Бледно-зеленые листья, словно устыдившись чего-то или просто заболев от первых сквозняков, покраснели и пожелтели, застыв в предвкушении грядущего падения на дно своей короткой древесной жизни. Некогда наглые и бодрые птицы, кто лениво, кто нервно озираясь, кто бодро разминаясь, потянулись прочь из города, оставляя позади очередной эпизод воздушного существования…
Мерзко сочился с неба первый осенний дождь. Ты сидела на ставшей уже такой привычной и родной остановке и ждала. Автобус, маршрутку, может, частника, все равно. Место было уединенное, дорога почти заброшенной, поэтому оставалось только гадать, сколько тебе еще так сидеть. Впрочем, это было не так важно. Торопиться тебе особо было некуда, прозрачный пластик тонких стенок надежно защищал тебя от голодного воздуха и наглой воды.
Поэтому ты сидела и ждала. Собственно, даже не сам транспорт, зачем ждать того, что и так непременно когда-нибудь случится. На этой остановке ты сидела с целью встретить кого-нибудь еще, кто подобно тебе опустится на бесцветный пластик узкой скамейки и будет ждать свой автобус, маршрутку, может, частника, все равно. Будет ждать, и, возможно, как бы между делом, начнет разговор.
Что-нибудь вроде, может, банального, но зато уж точно действенного: «Привет, как дела?». Пусть даже продолжит несколько наивным: «Тоже на этой остановке ждете автобус?». Главное, чтобы через пару минут тихих улыбок, кто-нибудь из вас ответил молчаливым согласием: «Почему бы и нет?» на встречный вопрос: «Может быть, подождем вместе?».
Да, как-то так. Сколько раз ты себе уже представляла, выстругивая из снов и фантазий каждую фразу, каждое движение. Даже зная, что все равно все пойдет не так, и надо же будет такому случится, что ты не сможешь проронить не слова, не дождавшись пусть хотя бы и немого вопроса…
( Read more... )

***

Неважно, кто виноват.
Ведь уже ничего нельзя сделать.
Все, что можно, ты уже совершила.
Но сколько еще не сделано того, что ты могла?…
Визга тормозов ты не услышала из-за собственного крика. Звон бьющегося стекла растаял в скрежете корежащегося метала.
Ты хотя бы успела закрыть свои зеленые глаза,
Прежде чем услышала удар сердца?…
Сколько тебе сейчас?
Двадцать пять, двадцать семь?
Откуда у тебя эта машина, и что ты делала здесь, посреди оживленной в будний день улицы, утопающей в осеннем солнце?
Никто тебя об этом не спросит. Ни здесь, ни даже там.
Всем наплевать.
Потому что через час ты встречаешься в баре с лучшей подругой и напиваешься с ней вдрызг. Танцуя на барной стойке ты знакомишься с симпатичным мальчиком, и вот вы уже у него дома.
Где он со вздохом укладывает тебя спать и укрывает одеялом.
А через пару дней ты сама ему звонишь, даже не зная зачем. Наверное, для того, чтобы он принес тебе скромный букет цветов.
И вы вместе пошли кормить последних уток в промозглом парке.
Пить кофе из бумажных стаканов.
Рисовать комиксы по его стихам.
И петь прохожим твои песни под гитару…
( Read more... )

***

- Ой… - сказала ты и открыла глаза.
Перед глазами почему-то оказались чьи-то босые ноги в черного цвета чулках. Ты лежала на полу, на мягком, чуть теплом ковре, рядом со столом, через который тебя с любопытством разглядывала обладательница этих самых ног:
- Очнулась? - с улыбкой спросила она.
- А? - ты села и потрясла затуманенной головой, такой на удивление легкой и пустой, - А что произошло? Почему я на полу?
- Не помнишь? - удивленно спросила неизвестная, - Впрочем, неудивительно, бывает и такое. Тем более, что головой ты приложилась неслабо.
- Головой? - переспросила ты.
Какая-то мысль возникла в сознании, но тут же испуганно сжалась.
- Да, головой, - хмыкнула девушка, - Такая авария, говорят, была, ух! Машина всмятку, кровища, огонь на пол-улицы… Ты что, напалм с собой везла?
Ты совсем ничего не понимала. Где ты, что произошло, кто эта странная девица?… И почему во всем теле такое странное ощущение?
Незнакомка встала из-за стола, поправила свои пепельные волосы и накинула на плечи белоснежный халат:
- Ничего не понимаешь, да? - она покачала головой, - Просто прислушайся к себе.
Ты вздохнула… и поняла, что не дышишь. И сердце не бьется. Кровь не течет… Да и вообще не понятно, есть ли она там у тебя внутри.
Девушка потянулась:
- Теперь-то ясно?
Ты вскочила на ноги:
- Что со мной такое?! Что происходит?
- Ох-ох, - пожала она плечами, - И вот каждому же приходится объяснять такие очевидные вещи, в которые все равно любой отказывается верить.
Девушка села на край стола и, надев туфли, потерла пальцем носок правой:
- Авария, машина всмятку, кровища, огонь, не дышишь, сердце не бьется – смекаешь?
Ты недоуменно смотрела на нее. Она покачала головой:
- Ты погибла. Откинула коньки. Копыта отбросила. Отделилась от своей бренной тушки и тю-тю. Сделала…
( Read more... )

***

Ты –
Большая и яркая птица.
Ты летишь на запад, и под твоими крыльями горят небеса
В твоем клюве зажат черный цветок,
С которого капает
Такая соленая вода…
Ты летишь уже целое мгновение,
Но,
Кажется,
Ты уже почти у самой цели.
Которую сжигаешь взмахом своих ослепительных крыльев…
( Read more... )

***

Сегодня ты – суперзвезда.
Художница, чьи работы имеют обыкновение выставляться в самых престижных галереях и пользоваться неизменным успехом у публики.
Сегодня – твоя очередная выставка.
И снова успех, ах, такой успех…
Модные фотографы из престижных журналов делают снимки для своих обложек. Беспечные молодые фанатки со всего мира дарят тебе цветы. Завистники из числа подражателей и конкурентов злобно шипят и фыркают.
А картины стоят… Стоят на мольбертах и стоят бешенных денег. На которые ты давно уже можешь роскошно и не задумываясь жить, наплевав и не обращая внимания…
Вспышки толпы, ощетинившейся микрофонами: «Скажите, пожалуйста, в чем ваш секрет?».
Улыбайся. Улыбайся и смейся. Можешь не отвечать, все равно они знают ответ…
Когда-то ты была молодой и глупой. Рисовала портреты, пейзажи и тому подобную ерунду. У тебя даже, кажется, что-то покупали, но так, по мелочи. На самом деле о твоем существовании даже и не подозревали.
А про картины говорили: «Надо же, какая милая ерунда!». И покупали парочку в ванную или комнату для слуг.
А ты рисовала, рисовала и рисовала…
( Read more... )

***

Ты спишь
И видишь сон,
Что ты – неудачница,
Что ты – никто.
Ты в этом сне прожила
Такую длинную жизнь.
И не достигла в ней
Почти ничего.
Есть работа,
Вот только она никому не нужна.
Есть квартира,
Вот только по вечерам ты приходишь в нее одна.
Есть друзья,
Вот только пуст список входящих.
Есть целый мир в руках,
Вот только это всего лишь ящик…
( Read more... )

***

Под тобой – мягкий и теплый песок. Прохладная вода омывает уставшие ноги. Ароматный ветер трепетно касается твоих волос.
И ярко светит обжигающее солнце.
Ты сидишь на пляже, на берегу затерянного в глубинах бесконечных океанов острова и рисуешь.
Рисуешь голубое небо, белые облака, темную воду, желтый песок…
И девушек. Молодых и невинных. Одетых в легкие, почти невесомые платья, с такой чистой загорелой кожей.
Ты уже потеряла счет дням, забыла, сколько дней или уже сколько лет ты здесь.
На острове.
На который сбежала сама. От жизни, от будущего и от себя…
И рисуешь.
Рисуешь.
Рисуешь…
Рисуешь столько, сколько никогда не нарисовать.
И все равно, какой у картины фон. Все равно, какие у сюжета декорации. Главное в каждой работе – это они, те, от кого ты так стремительно бежала, чтобы искать их…
Жарко…
( Read more... )

***

Ты раздираешь ее изнутри, словно внутренние противоречия. Ты обещаешь ей скоро придти, если она не сдержит свое обещание.
Или если сдержит.
Тебе все равно.
У тебя ведь столько поводов и столько причин.
На любой вкус, на любой цвет.
Она может задавать себе сколько угодно вопросов, может обещать, что больше никогда и никогда больше.
Но ты уже здесь, ты уже с ней.
И ты могла бы даже прямо сейчас уйти, но твой уход – это тоже ты, а ей совсем тебя не хочется…
Она может сколько угодно кричать и плакать.
Она может ругаться, может бояться, может тихо сидеть в углу и дрожать.
Ты здесь, ты рядом, ты в ней, она знает причину.
Хотелось бы ей на нее наплевать…
( Read more... )

***

Она одевает тебя в узкое красное платье. Она натягивает тебе на ноги чулки, надевает туфли, красит глаза и губы. Она соберет твои волосы в длинный и мягкий хвост.
Тебе не о чем больше мечтать.
У тебя есть свой самый настоящий кукольный дом. С множеством спален, ванных комнат, кухонь и гостиных. С яркой мебелью и большими окнами.
В твоем гараже стоит тот самый «на нем ездят все звезды» кабриолет, в стойлах – плюшевые лошадки, одна другой краше.
На заднем дворе – шикарный парк, личный сад, глубокий бассейн.
А вокруг дома – высокий и крепкий забор.
Чтобы тебя никто и никогда не побеспокоил…
( Read more... )

***

Тонко звенят ее цепи, которыми скованы ее руки и ноги. Эти цепи ты не выковала сама, а где-то когда-то и у кого-то украла.
Она сидит на полу, руки и ноги сцеплены вместе, стальной ошейник давит на горло цепочкой, впаянной в пол. Ты даже не можешь стоять на месте, тебя бьет дрожь.
Но не от страха, а от восхищения.
Ее нельзя назвать прекрасной, нельзя – совершенной, но она та самая, о которой никогда не сложат песен, не нарисуют картины.
Потому что нет слов, чтобы ее описать.
Потому что нет красок, чтобы ее передать.
Она словно бы спит, опустив голову, закрыв глаза. А ты ходишь вокруг, не в силах уйти или хотя бы остановиться.
Потому что она уже здесь.
А ты еще не придумала, что же с ней делать…
( Read more... )

***

Мягкие вздернутые кошачьи ушки, острые рожки, длинный и гладкий хвост.
Ты всегда отвечаешь: «Мяу», на любой, даже самый глупый вопрос.
По утрам старательно умываешься прохладной водой из-под крана.
Твое любимое занятие – греться на солнышке, свесив ноги за оконную раму.
Ты так любишь сидеть на подоконнике и смотреть на снующих по улице людей.
Хотя на самом деле тебе на них наплевать, ты выбираешь из них только самых вкусных на вид детей.
Самые вкусные – те, которые так и не повзрослели...
( Read more... )

***

Ей так лениво куда-то вставать.
По телу растекается сладкая слабость.
Трудно даже открыть глаза.
Хотя уже почти не хочется спать…
Так тепло, даже почти чуть жарко.
Ее кожу пропитывают капельки пота.
Ей и одеяло совсем не нужно.
Разве только чтобы немного прикрыться…
( Read more... )

***

В твое окно ярко и беспечно пытается забраться солнце. И плевать ему на стекло, на пластиковую раму, на плотные занавески.
Ему наплевать на тебя, ведь вчера началась весна.
А тебе наплевать на него, ведь у тебя сегодня праздник. Вернее у вас. Сорок дней с того момента как вы познакомились.
Как сейчас помнишь тот день: шел дождь, ты гуляла по своему привычному парку, шагая босыми ногами по прохладным лужам. А она лежала в мокрой траве, такая несчастная, такая одинокая.
И что-то шептала мрачному небу, которому не было до нее никакого дела.
Ты подошла и спросила ее, почему она такая несчастная. А в ответ услышала лишь грустное молчание.
И влюбилась. Сразу и бесповоротно.
Гроза набирала силу, на десятки метров не было ни души вокруг. Тот вечер словно специально был придуман для вас.
Ты взяла ее за руку и, склонившись, тихонько поцеловала в щеку. Она ничего не сказала. Но и не отстранилась. Просто смотрела на тебя своими зелеными глазами, полными слез и дождя.
И ты поцеловала ее снова. В губы, в шею, в грудь, ты усыпала ее поцелуями.
А дождь все шел, шел и шел…
( Read more... )

***

Кажется, мы вместе уже целую жизнь.
Ты, я, и наша вечность.
Сколько прошло, сколько еще пройдет… кто его знает?
Да и кому это на самом деле важно?
Ты встаешь, чтобы пойти приготовить завтрак.
Твои серебряные волосы словно воздух текут по твоим плечам.
Твое тело покрыто множеством шрамов.
От того,
Что ты так любишь
Бить зеркала.
А мне так хочется любоваться тобой, не отрывая взгляда,
Но так трудно открывать глаза.
Ты спрашиваешь, чтобы я хотел съесть.
Больно в груди говорить,
Закашлялся, снова из десен сочится кровь.
Ты садишься рядом,
Касаешься кончиками пальцев моего лица.
Такая мягкая, но почти нечего не чувствую.
Тихо спрашиваешь:
«Снова болит голова?».
Киваю.
Ты снова ложишься рядом:
«Не бойся, я никуда не уйду».
Как странно стучит сердце.
Так неровно, но так душевно…
( Read more... )

***

Найди меня!
Мой крик несется сквозь вселенную,
Радиоволнами разрывая пространство,
Ярким светом пронзая звезды.
Найди меня!
Я потерялась.
В этой бескрайней и глухой пустоте
Мне так плохо и так одиноко.
Мне так страшно,
Что никто не слышит,
Что никто не видит,
Никого нет рядом.
Так противно, что нет кого-то,
Кто прижмет к себе
И успокоит...
( Read more... )

***

Кажется, сигареты она о тебя еще не тушила.
Или ты просто не помнишь…
Хочешь попробовать?
А может быть хочет она?
Не знаешь, быть может, когда она по утрам пьет свой крепкий кофе и нервно курит, на самом деле она сходит по тебе с ума?
И все еще чувствует, как твои ногти царапали ее бледную нежную кожу.
Ее пальцы помнят, как сжимались на твоей шее, ее уши помнят твои крики и стоны.
Не знаешь, быть может, она все еще тебя хочет?
Тлеющим кончиком табака прикоснись к моему лицу.
Ты же догадываешься, что это больно.
Пока она истерично курит на кухне, прожги мне щеку, да, это непросто.
Но постарайся
Делать это с любовью и нежно,
Поддерживая трепетно тлеющий огонек, пока не получится
То,
Что хочется…
( Read more... )

***

Наверное, это раннее утро. Ты сидишь на песчаном сухом берегу.
И складываешь из бумаги журавлей,
Белых, сиреневых, иссиня-красных,
Чтобы отпустить их плыть по воде…
Твое платье – в песке, губы – равнодушно сжимают сигарету.
Кто-то сказал тебе, что ты красива.
И не обманул, к счастью, ты живешь в мире,
Где не умеют врать. Потому что не испытывают в этом нужды.
Зачем, когда можно просто сложить из бумаги маленький самолетик, и запустить слова в воздух, лететь, лететь, лететь…
Еще, можно сложить нескольких бабочек… Правда, у них, вероятно, проблемы с конструкцией, поэтому они будут просто лежать на земле и грустить.
А ты в это уже немного позднее утро сидишь на песчаном сухом берегу.
В таком чудесном и легком платье.
Потому что кто-то считает, что это так мило. И правда, к счастью ты живешь в мире,
Где не знают уныния. Потому что, зачем уныние, когда можно просто сложить из бумаги цветок.
И посадить его в свежую почву…
( Read more... )

***

Бескрайний, безмятежный океан.
Без ветра, без волн.
Без воздуха.
Лишь только звезды, звезды повсюду, куда только хватает глаз…
Ты плывешь, утонув в этой бесплотной воде. Плывешь вперед.
Плывешь домой…
На твоих плечах – обнаженные ангелы, на твоем животе выбит порядковый номер и слово «Малышка». Твою кожу щекочут частицы чьих-то игривых невидимых щупалец. Мелкие каменные рыбки в хаотичном танце царапают твое тело, саднит спина…
Ты плывешь без движений, потому что нет сил грести. У тебя нет ни компаса, ни карты, но ты знаешь путь.
Потому что учила его всю свою жизнь.
Каждую секунду пространства, каждую звезду, каждую планету, ты бы могла проделать его с закрытыми глазами.
Потому что – это путь домой.
Домой, на родную планету. Погрязшую в войнах, политике, разврате, грязи, болезнях. На планету, где ты когда-то была рождена, и с которой тебя еще несмышленую и беспомощную увезли.
Чтобы спрятать, чтобы спасти.
От тех, кто тебя родил.
Ты не знаешь, сколько прошло лет. События прошлых дней стерлись из твоей памяти. С места на место, с рук на руки – суета…
( Read more... )