***
Треск.
Шипение.
Джули покрутила ручку радиоприемника в надежде что-нибудь поймать.
Ничего.
Пустой эфир.
Алиса примерилась и нанесла удар. Биток, ударившийся о красный шар, отскочил от борта и залетел в лузу. Девушка хмыкнула и потянулась. Захрустел позвоночник, а расправившиеся крылья зашелестели всеми своими белоснежными перьями.
Рада хмыкнула:
- Не такой уж и сложный был удар. Даже и ребенок бы справился.
Алиса пожала плечами:
- И что? Зато следующий удар снова за мной… - она прицелилась и снова коснулась кием шара.
Тот, рассеяв по полю остальные, попавшиеся ему на пути, стукнулся о лузу и отскочил обратно. Белокрылая цокнула языком:
- Да, а этот удар был сложный.
- И что, - Рада пожала плечами, - Следующий-то удар все равно за мной?
Она улыбнулась и положила руку на бильярдный стол. Длинные острые ногти аккуратно коснулись сукна, а рыжие перья в напряжении замерли, приготовившись вспыхнуть. Удар – и Рада восторженно взвизгнула, наблюдая за залетающим в лузу шаром. Ее крылья залились огнем, а глаза словно залились румянцем.
Алиса поморщилась:
- Эй, потише тут, и так дышать нечем!
Девушка прикурила о крылья соперницы сигарету и щелкнула пальцами. Ее собственные перья потекли и залились молоком. Алиса резко повернулась на месте, и холодные белоснежные брызги потушили Раду. Та фыркнула и вытерла лицо:
- О, Гармония, какая гадость…
Белокрылая встряхнула длинными вьющимися волосами:
- И как у тебя только язык поворачивается…
- Да я думаю, что ей уже, как минимум все равно… - Рада натерла кий мелом и прикинула направление движения шара, - Точно с таким же успехом можешь поминать Хаос, ей тоже сейчас явно не до этого…
Удар – и шар, подпрыгнув, вылетел со стола и с грохотом упал на пол. Алиса подняла его и положила обратно:
- О, Хаос я если и буду поминать, то только на ее поминках…
Рада хмыкнула, а Джули тихонько выругалась:
- Да что ж такое… - она продолжала крутить ручку старенького радиоприемника, - Как вы думаете, там вообще кто-нибудь остался?
Ее черные перья нервно вздрагивали каждый раз, когда шипение становилось чуть более громким или нечетким.
Белокрылая пожала плечами:
- Мне до этого уже нет никакого дела… Они получили то, что хотели, к чему стремились с самого начала…
А рыжекрылая покачала головой:
- Э, нет, а я бы с удовольствием на это посмотрела…
- На что? - спросила Алиса, - На то, как эти двое будут взирать на деяния рук своих?
- Нет, - Рада усмехнулась, - Даже не представляешь, какое наслаждение я бы получила, если бы увидела их лица, когда они поймут, о чем на самом деле были их мечты…
- Злая ты, - фыркнула белокрылая и положила кий на запястье.
- О, да, - ответила рыжекрылая.
Удар – и шар закатился в лузу. Джули стукнула по приемнику кулаком:
- Агрх! Может он сломался?
- Он скорее сломается от твоих кулаков, - ответила Рада, наблюдая за тем, как Алиса кладет в лузу очередной шар, - Я бы на твоем месте перестала бы тратить время на бесплодные попытки что-то там услышать…
- А на что еще ей тратить оставшуюся вечность? - буркнула белокрылая, - Не трогай девочку, пусть развлекается, как может…
- Тоже мне развлечение, - взвилась чернокрылая, - Думаете, очень весело сидеть и гадать, что же там все-таки произошло? Да как вы вообще можете так спокойно на все реагировать?
- Это потому что нам и так понятно, что там произошло, - фыркнула рыжекрылая, - А если тебя это все так волнует, то что же ты делаешь здесь, с нами, а не там, с ними?
Джули замялась, а потом вдруг всхлипнула:
- А что бы я могла поделать, будучи там?
- Вот и сиди молча, листай свой эфир… - отрезала Рада, - Раз уж ничего больше не можешь поделать.
- Прекрати, - сказала Алиса.
И промахнулась.
- Тогда пусть перестанет давить мне на нервы, - огрызнулась Рада, - Если не может заткнуться – то в этом баре на нас троих слишком много места, она всегда может пойти в какой-нибудь угол, где ее не будет слышно…
Джули еще раз всхлипнула и, взяв магнитофон, спрыгнула с барной стойки.
- Сиди на месте, куда пошла! - бросила рыжекрылая, - Крути свою ручку, тоже мне, обиделась…
Чернокрылая потерла глаза и забралась обратно.
Треск.
Шипение.
Ничего.
Только звонкий стук бьющихся друг о друга шаров. В этом баре больше ничего не осталось. Насухо вытертые столы, начисто вымытый пол. На полках ровными рядами стоят пустые кружки, под ними – непочатые бутылки с разноцветными этикетками. Тихо светят блеклые лампы под потолком, воздух молчит.
И нет окон или дверей. На стенах – лишь немые картины, нарисованные чьими-то прекрасными руками, фотографии счастливых и улыбающихся лиц и стеклянные рамки с разноцветными перьями в них.
Удар – и Рада наконец-то взялась за кий:
- Вот так! - воскликнула она, попав в лузу.
Джули все крутила и крутила ручку приемника:
- Тишина… Если все же в этом мире есть Бог, самое время ему появиться…
- Бог? - усмехнулась Алиса, - Бога нет…
- Или ему просто наплевать на этот мир, - рыжекрылая снова забила шар, - Или он с интересом наблюдает за тем, что здесь происходит…
- Ну тогда зачем он вообще нужен, этот Бог? - спросила белокрылая.
- Чтобы исправить то, что сотворили создавшие его, - прошептала чернокрылая..
- Чтобы изменить мир, который его породил, - с презрением пробормотала Алиса, - Не слишком ли нагло с его стороны?
- А зачем он тогда действительно нужен? - съязвила Рада.
- Чтобы было на кого свалить все ошибки, - ответила Джулия.
- Ну и чтобы все же изменить мир, - белокрылая взмахнула крыльями, - Ибо мы сами на это никогда не решимся…
Удар – и рыжекрылая промахнулась.
Треск.
Шипение.
И голос.
Чернокрылая наконец-то поймала радиоволну. Голос из динамиков приемника дрожал и дергался, оттенки его плакали и шептали:
- Зачем мне Бог, если у меня есть Ты…
Треск.
Шипение.
- В мире больше ничего не осталось… Нет больше Хаос и нет Гармонии… Погибла даже сама Война…
Треск.
Шипение.
И заиграла музыка. Старая, чуть заунывная и очень печальная. С тягучим женским голосом, и нежными ласковыми словами.
Джули всхлипнула. Алиса положила кий и потушила сигарету:
- Зачем мне Бог, если у меня есть Ты… - повторила она.
- Как вы думаете, кто это был? - спросила Рада.
Чернокрылая пожала плечами:
- Радиоволна…
А из динамиков все лилась и лилась музыка. Хотелось плакать и улыбаться. Хотелось впасть в отчаяние и ощутить все свое счастье.
Хотелось жить и нести в себе жизнь…
Алиса улыбнулась и, подойдя к Раде, поцеловала ее. Затем подошла к Джули, коснулась губами и ее. А потом взялась за ручку приемника:
- Кому нужен Бог, когда есть Ты… И Ты, кажется, все-таки спасешь этот мир…
Ее перья растаяли, и поток молока, впившись в динамики, превратился в радиоволну, вырвавшуюся в эфир.
Рыжекрылая прикоснулась пальцами к своим губам:
- Интересно, кого она имела ввиду?
Чернокрылая улыбнулась:
- Ту, которая не создавала Бога… Ту, которой, чтобы спасти мир, Бог не нужен…
Ее крылья рассыпались, и вихрь из угля исчез в радиоприемнике. Рада хмыкнула:
- Твою ж мать… А какая могла быть вечность! Подумаешь, мир погиб, да кому он вообще нужен?
Она вспыхнула, и ярким пламенем растворилась в эфире…
Треск.
Шипение.
И заиграла музыка…
Исчезнувший мир чьи-то заботливые руки заштриховали куском угля, нарисовав ночь. И с чьих-то прекрасных глаз сорвались белоснежные слезы, превратившиеся в звезды. И чьи-то губы прошептали слова, из которых зажглось солнце.
Треск.
Шипение.
И голос:
- Когда есть Ты, то ради тебя я даже могу быть нужна…

31.03.08
wankishta
Радиоволна
Алисе Лоулесс, Раде Митчелл и Юле Миляевой посвящается…

- Красиво, - сказала Ты и улыбнулась, - У Него бы так не получилось…
- Да и кому Он вообще нужен, - согласилась Радиоволна, - Когда у этого мира есть Ты…
И пусть музыка играет где-то там в вечности.
Щелчок – и радиоприемник выключился.
В прямом эфире – новая жизнь…